Борьба за Красный Курдистан

 

Гажар Аскеров


отрывки из книги

КУРДСКАЯ ДИАСПОРА
В странах СНГ

Незадолго до распада СССР, в мае 1991 года делегация под руководством Бабаева встретилась с Г.У. Ревенко – одним из помощников генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева.

В самом начале переговоров Ревенко спросил: «Кто из вас Бабаев?»

Мехмеде Сыло представился.

Затем Ревенко сказал: «Вам привет от товарища Горбачева. Ваши труды оценены. У меня радостная новость о Красном Курдистане. Я надеюсь, что через несколько месяцев мы сможем объявить об автономии. Прошли переговоры с азербайджанским руководством. За это время вы должны провести подготовительную работу в народе. Используйте государственное телевидение и местные газеты… »

По решению, принятому в ходе переговоров, «якбунцы» должны были сначала отправиться в Азербайджан, там вместе с тамошними государственными чиновниками подготовить почву для объявления Красного Курдистана.

Члены курдской делегации после завершения встречи не смогли от радости удержаться от слез.

Однако события развивались совершенно в ином направлении. Делегация не смогла поехать в Азербайджан, Красный Курдистан так и не был провозглашен. Впоследствии «якбунцы» пытались объяснить неудачу противоречиями между курдами. На самом же деле вопреки желанию основной части советских курдов, желающих иметь свою административную единицу, некоторые довольно известные представители курдской интеллигенции – имена которых не хочу здесь называть, – написали руководству страны, что курды в действительности желают создания культурной автономии по месту проживания. В своих письмах эти люди обвинили Бабаева и его сподвижников в карьеризме и дилетантизме. Однако эта прискорбная деятельность вовсе не стала главной причиной не восстановления Красного Курдистана. Советские руководители считали вопрос Красного Курдистана лишь запасным, вспомогательным вариантом в разрешении Нагорно Карабахского проблемы и держали его в резерве.

В мае 1991 года, когда было обещано создать курдскую автономию, кровопролитная азербайджано-армянская война была в самом разгаре. Армяне уже проявляли свое военное превосходство. Поражение азербайджанцев необычайно усилило борьбу за власть в Баку. Режим Аяза Муталибова, сторонника Москвы, находился на грани конфликта с Народным фронтом Азербайджана, финансовую помощь которому оказывала, в частности, ультрарадикальная национал-шовинистическая турецкая Партия национального движения (МНР). Потери советских военных подразделений, охранявших гуманитарный коридор между Арменией и Нагорным Карабахом, который проходил по территории Красного Курдистана, день ото дня росли.

У политических сил, имевших собственные интересы в регионе, было много разных проектов по разрешению карабахской проблемы. Самым интересным из них был план Гоббла, тайно поддерживавшийся Турцией. Согласно этому плану, часть Лачинских земель отдавалась Армении, и таким образом по Лачинскому коридору Армения объединялась с Нагорным Карабахом. В качестве компенсации предусматривалось выделение части армянского Мегринского района Азербайджану. Таким образом, должен был образоваться Мегринский коридор, соединяющий Нахичеванскую автономную республику и Азербайджан.

Поддерживая этот проект, Турция вовсе не преследовала цель разрешить карабахскую проблему или поддержать «азербайджанских соотечественников». У нее были собственные «государственные интересы». Если бы этот проект воплотился в жизнь, Нахичеванская автономная республика, имеющая границы с Турцией протяженностью 9 км, присоединилась бы к Азербайджану с суши. Таким образом, Турция получила бы границу с Азербайджаном, и через Каспийского море обеспечила бы себе выход в Среднюю Азию, то есть в тюркский мир. Так осуществилась бы турецкая мечта о «Великом Туране», который пролег бы «от Средиземного моря до Великой китайской стены».

Как ни курьезно, Турция, косвенно поддерживая главного своего врага – Армению при захвате территорий своих братьев-азербайджанцев, способствовала оккупации азербайджанских (курдских) земель ради осуществления плана Гоббла, то есть для исполнения своего многовекового желания – образования «Великого Турана».

Провокационные попытки по передаче территории Красного Курдистана Армении, осуществлявшиеся Народным фронтом Азербайджана, покровителем который являлась Турция, неоднократно отмечались и иностранными специалистами, и официальными лицами Азербайджанской республики.

Даже ответственные представители властей и высокопоставленные руководители при правлении Народного фронта впоследствии были обвинены в измене родине, осуждены и долгие годы привели в тюрьме.

Сотни свидетельств в азербайджанской прессе проливают свет на эти события. Город Шуша, считавшимся «сердцем Карабаха», и «короной Азербайджана», 8 мая 1992 года в результате халатности, и во многом при косвенном содействии Народного фронта Азербайджана (НФА), был занят армянскими войсками. Воспользовавшись этим событием НФА решил свергнуть тогдашнюю «предательскую власть». Используя «шушинское предательство» как серьезный политический козырь, Фронт сумел спровоцировать народные массы на действия против власти, и спустя недели – 15 мая 1992 года силовым путем захватил власть. Во главе государства встал большой поклонник Турции, мягкий и легкоуправляемый гуманист Абульфаз Эльчибей. Однако реальная власть находилась не у тех, кто ее захватил, а у тех, кто через границу планировал народное восстание и управлял им. Они преследовали три цели: 1) опустошить Красный Курдистан и навсегда избавиться от «курдского фактора» в регионе; 2) выставить армян в глазах мирового сообщества оккупантами и впоследующем вынудить армян принять план «Мегринского коридора»; 3) получив в руки козырь против армян, под предлогом «оккупации и геноцида против турок-азербайджанцев» избавиться от армянской политики регулярного давления на международной арене по поводу геноцида армян, совершенного турками начале XX века.

По этому плану 17 мая 1992 года Лачинский район из-за провокаций НФА в результате вывода азербайджанских военных сил из района без особого сопротивления перешел к армянам. Все население, бросив все, было вынуждено бежать, чтобы спасти свою жизнь. Армянские военные жестоко расправились с беззащитными людьми, оказавшимися с ними лицом к лицу в результате измены своей армии. Тысячи свидетельств и судебные показания руководителей НФА доказывают, что события в Лачине развивались именно так.

План был осуществлен. Лачин передали армянам уже через два дня после того, как националисты из НФА захватили власть! Серия захватов армянских войск, начавшаяся передачей Лачина, продолжилась Кельбаджаром и Губадлы и 29 октября 1993 года завершилась захватом Зенгиланского района.

Однако вместе с четырьмя районами Красного Курдистана армяне оккупировали еще три района Азербайджана. Всего Азербайджан потерял боле 20 % своих земель. Почти миллион человек стали внутренними беженцами. Желание Турции получить прямой сухопутный выход в тюркский мир не было удовлетворено, что в конечном итоге привело к провалу плана. Армяне, оперативно отреагировавшие на недальновидный план турецко-азербайджанского союза, значительно укрепили свои позиции в регионе.

Кроме Турции, которая постаралась применить на практике план Гобла, интерпретируя его по-своему, планы по разрешению карабахской проблемы с учетом курдского фактора были и у русских. В середине 1991 года некоторые советские руководители вынашивали планы создания курдской буферной зоны на территории между Нагорным Карабахом и Арменией, которая формально должна была относиться к Азербайджану.

Хотя мы не имели возможности узнать содержание переговоров за закрытыми дверями, сказанное в мае 1991 года помощником М.С. Горбачева Г.У. Ревенко («были проведены переговоры с азербайджанским руководством, я надеюсь, что через несколько месяцев, мы сможем объявить об автономии Красного Курдистана») подтверждает, что между Москвой и Баку велась серьезная дискуссия на эту тему. В мае все еще оставались надежды на разрешение проблемы Нагорного Карабаха мирным путем. 23 сентября 1991 года в российском городе Железноводске при посредничестве глав государств России и Казахстана было подписано соглашение между Азербайджаном и Арменией по разрешению проблемы мирным путем, которое показало, что надежда на заключение мира все еще остается.

Однако скорость и характер развития событий в этом регионе и во всем Советском Союзе достигли уровня, не позволявшего решить эту проблему мирным путем. Уж во второй половине 1991 года стало очевидно, что Советский Союз в существовавшем виде не устоит. Советские руководители задумались о своей участи. Несмотря на договоренности о разрешении проблемы мирным путем, достигнутые руководством двух республик, позиции которых укрепились вследствие слабости азербайджанцев на военном фронте и не прекращающейся борьбы за власть в Баку, заняли еще более наступательную позицию. 26 декабря 1991 года столица Нагорного Карабаха Степанакерт (Ханкенди) полностью перешла под управление армян. Была подготовлена почва для захвата городов Шуша и Лачин – двух главных городов гуманитарного коридора. План Турции постепенно начал осуществляться.

И такой обстановке не оставалось поводов обсуждать вопрос восстановления Красного Курдистана, который воспринимался как часть урегулирования армяно-азербайджанских противоречий мирным путем.

В те годы существовало несколько важных причин, по которым русские тепло относились к идее «Нового Красного Курдистана».

1) Конец 80-х и начало 90-х – годы усиления этнических столкновений на этнической почве и центробежной тенденции. Москва нуждалось в силе, которая сбалансировала бы интересы противоборствующих сторон. Курды в неспокойном Закавказье воспринимались именно как такая сила.

2) В 1991 году курдская проблема находилась в центре внимания всего мирового сообщества; после вмешательства США Южный Курдистан (Ирак) добился фактической независимости; народно-освободительное борьба в Северном Курдистане (Турция) с военной и политической точки зрения достигла своей кульминации. В это время была велика вероятность создания курдистанского государства, и Красный Курдистан мог стать хорошей основой для сотрудничества курдов и русских.

3) Кроме того, Россия, выступавшая против политики расширения НАТО и против политики США, пыталась упрочить свое влияние в Азербайджане, Грузии и на Северном Кавказе. Курды, воюющие против турецкого режима и демонстрирующие тренд развития на Ближнем Востоке, как раз и были нужной силой для русских.

Однако к концу 1991 года развитие событий в Советском Союзе и особенно на Кавказе не дало России, всегда рассматривавшей курдскую проблему как «вспомогательный фактор» в реализации своих интересов на Ближнем Востоке, осуществить свою пока еще незрелую политику по отношению к курдам.

А развитие ситуации вокруг Красного Курдистана, которое происходило в 1992 году, получило несколько направлений. Азербайджанские территории – Нагорный Карабах, Красный Курдистан и несколько других районов – один за другим перешли под управление армянской армии. Республики Закавказья, хотя и не были оторваны от своих покровителей, пытались проводить политику, отвечающую их собственным национальным интересам.

Развал Советского Союза, обещавшего в последние свои дни восстановление курдской автономии, и оккупация Лачина 17 мая 1992 года разрушили надежды «якбунцев», которые не доверяли армянам даже больше, чем азербайджанцам.

Тем временем сразу после захвата Лачина, по плану армянского правительства (при содействии некоторых чинов из Министерства обороны России) был проведен «курдский поход» в Лачин, что являлось еще одной сценой из постоянно разыгрываемого спектакля под названием «Использовать и бросать курдов».

Лачин стал первым оккупированным азербайджанским районом вне Нагорного Карабаха. До этого завоеванные районы Нагорной Карабахской автономной области воспринимались мировым сообществом как армянские территории. С захватом Лачина в мае 1992 года армяне оказались в положении оккупантов. Тогдашнее азербайджанское руководство, действовавшее по директивам Турции, выполнило первую часть плана. Однако армяне уже были готовы дать юридическое оправдание оккупации Лачина: наивных курдов же всегда можно было найти!

В Лачине, который был известен как территория, населенная курдами, можно было объявить «курдскую республику» и тем самым придать оккупации юридический статус. Так и было сделано. Для выполнения этой задачи армяне через русских генералов заранее вели переговоры с Вакилом Мустафаевым – заместителем председателя Всесоюзной ассоциации курдов СССР «Якбун», который к тому времени перешел в оппозицию к организации.



Прежде чем перейти к дальнейшим событиям, я хочу разъяснить позицию Вакила Мустафаева, настоящего курдского патриота, всю свою сознательную жизнь посвятившего борьбе курдов. Бывший полковник Советской Армии, Мустафаев был достаточно умен и опытен, чтобы проанализировать характер развития событий в регионе и содержание армянских планов. Несомненно, он не слепо доверял Армении. Для того чтобы оценить исторический момент, он действовал как солдат, наступающий с одной гранатой, не имеющий ни обороны, ни тыла. Каков бы ни был итог в глазах мирового сообщества, вновь было доказано, что Лачин – это курдская территория! Даже для Мустафаева этого было бы достаточно… К сожалению, я пока смог прочитать только отрывки из книги В. Мустафаева «История Курдистана», изданном в Софии в 2002 году. Надеюсь, в своем труде он детально и объективно оценивает происходившие тогда события.

Сразу после захвата Лачина В. Мустафаев приехал в регион. Примерно через месяц – 9 июня 1992 года – прошел митинг курдов, прибывших из Еревана на нескольких автобусах. На митинге от лица курдского освободительного движения (КОД) под председательством В. Мустафаева была принята «Декларация о восстановлении курдской государственности». Журналисты, приглашенные армянами в регион, распространили информацию об этом по всему миру. После чего курдов немедленно вернули в Ереван. Курьезно, но факт: в момент провозглашения «курдской государственности», в Лачине, кроме людей которые проводили собрание, не было ни одного курда! Курды – жители Лачина за 20 дней до «провозглашения Курдистана» были изгнаны из своих домов и искали убежище, чтобы преклонить где-нибудь голову. Им было не до политики.

Учредительная конференция Ассоциации курдов бывшего СССР состоялась 1–5 сентября 1993 года в Краснодарском крае (в ее работе активно участвовал и сам В. Мустафаев). Резолюция «О восстановлении курдской государственности в составе Азербайджана» оценивала события июля 1992 года в Лачине так:

«9 июня 1992 года было создано Курдское освободительное движение (КОД), которое с участием представителей курдских общественно-политических сил бывшего СССР во время митинга, состоявшегося в городе Лачине, приняло декларацию о восстановлении курдской государственности.

В место с тем необходимо отметить, что у КОД не было достаточных сил и средств для достижения поставленной цели. Порой руководство движения проявило политическую некомпетентность, нередко оказывались под влиянием внешних сил. Оно не могло пользоваться авторитетом среди курдского населения» .

Хотя с тех пор, как армяне захватили Нагорный Карабах и оккупировали Красный Курдистан, прошло уже 15 лет, проблема Нагорного Карабаха до сих пор не решена. Территория Азербайджана все еще оккупирована армянами. Самопровозглашенная Нагорная Карабахская республика никем, кроме Армении, не признана; более миллиона азербайджанцев и курдов, высланных из оккупированных районов, до сих пор являются беженцами. Но главное, несмотря на фактическое поражение азербайджанцев и победу армян в этой войне, проблема Нагорного Карабаха – это пороховая бочка, которая в любую минуту может взорваться. Армяне силой удерживают захваченные 12 районов включая Нагорный Карабах, азербайджанцы день за днем укрепляют свою военную подготовку и усиленно вооружаются, для того чтобы вернуть себе территории. При этом судьба Красного Курдистана и курдов никого не занимает.

Однако, опыт создания Нагорно-Карабахской автономной области в составе Азербайджанской республики в 20-х годах и события 80–90-х годов, когда проблема вновь оказалась на повестке дня, показали, что, не принимая во внимание курдский фактор и не учитывая основные права курдов – исконных обитателей региона, невозможно решить проблемы мирным и справедливым путем. В принципе и азербайджанская, и армянские стороны осознают необходимость в мирной и объединительной миссии курдов для разрешения проблем. Но азербайджанцы действуют по принципу «Если нет говорящих и требующих, значит, нет и курдов» и удовлетворены тем, что большая часть курдов Красного Курдистана подверглась ассимиляции. А армяне довольствуются фактическими успехами. Все это не позволяет признать невозможность мирного урегулирования без учета курдского фактора и объединяющего значения курдов.

 

продолжение следует...